Подвиг (продолжение)

Первое представление ракеты Р-5м на всеобщее обозрение

 

Надо сразу сказать, что вся информация о первом в мире натурном испытании баллистической ракеты средней дальности с боевым ядерным зарядом в те времена была строго засекречена и не разглашалась вплоть до перестроечных времён.

На лётно-конструкторские испытания Р-5м была представлена в 1955 году, которые  к началу 1956 года  были успешно завершены.

 Началась подготовка к проведению зачётных испытаний, по результатам которых должен был решаться вопрос о принятии ракеты на вооружение. На зачётных испытаниях предстояло одну из ракет оснастить не макетом, как было на этапе ЛКИ, а действующим атомным зарядом, который бы сработал на местности в натуральном виде. В рамках подготовки к решению этой ответственной задачи  предстояло решить самую главную проблему - обеспечение безусловной безопасности пуска не только в условиях нормального полёта ракеты, но и в случае возникновения непредвиденных ситуаций. На плечи баллистиков легла казалось бы неразрешимая при технических возможностях тех лет задача обеспечения траекторного контроля в режиме реального  полёта с тем, чтобы не допустить падения ракеты за пределами довольно узкой разрешенной полосы вдоль трассы полёта. В случае отклонения траектории движения ракеты от расчётной она должна была быть подорвана по радиокоманде с земли. Сложность ситуации заключалась в том, что с одной стороны, была опасность  погубить ("с перепугу") нормально летящую ракету, с другой – позволить ракете выйти  за пределы отведённой зоны. А за пределами “отведённой зоны” мог оказаться и какой-нибудь посёлок или даже целый город.

О системах, "умеющих" решать автоматически подобную задачу, тогда можно было только мечтать.    Оставалось рассчитывать лишь на возможности человека, работающего в спарке с каким-либо измерительным средством. Большого выбора тут тоже не было: единственным на то время устройством, позволяющим визуально следить за полётом ракеты в пространстве, был примитивный фототеодолит, который вручную наводился на ракету двумя операторами и производил четыре снимка за каждую секунду. По этим снимкам и определяли фактическую траекторию полёта ракеты. Но на этот раз ни о каких снимках и речи не могло быть. Траекторию движения ракеты, а вернее, её отклонение  от расчётной надо было определять в реальном режиме времени, в темпе полёта. После детального ознакомления с дополнительными возможностями фототеодолита, уймы проведённых расчётов и их анализа было принято  решение установить фототеодолит в трёх километрах позади точки старта строго в плоскости движения ракеты, направив оптическую ось его трубы строго в этой же плоскости. При этом жёстко заблокировать возможность перемещения трубы в перпендикулярной плоскости, то есть в боковых направлениях, предоставив возможность наведения на летящую ракету только с помощью рукоятки перемещения в вертикальной плоскости. Тогда "уход" ракеты в боковом направлении можно будет определять по горизонтальным отметкам, имеющимся в трубе теодолита. Обычно теодолитом управляют два оператора-наводчика, каждый в своей плоскости, чтобы ракету удерживать постоянно в центре поля зрения, в так называемом перекрестии. По принятой схеме должен был активно работать только один оператор, отвечающий за наведение в вертикальной плоскости. У другого окуляра должен находиться наблюдатель, отслеживающий боковые перемещения ракеты, на основании которых он и должен определять степень соответствия фактической траектории ракеты расчётным параметрам её движения. Он же, и только он, мог принять решение о необходимости подрыва ракеты. Вот функции такого наблюдателя и должен был выполнять Рефат. Проведённый баллистиками анализ, однако, показал, что одного только знания углового отклонения ракеты от плоскости прицеливания (того, что можно было  бы определить с помощью теодолита) недостаточно. Необходимо было ещё учитывать и угловую скорость отклонения, чего, естественно, никакая труба сама по себе не могла дать. Но самая большая неприятность была в том, что область допустимых значений углового положения и угловой скорости не была постоянной, а изменялась со временем. Вот и получалось, что Рефату предстояло фиксировать в поле зрения угловые отклонения ракеты от установленной вертикальной плоскости; вычислять в уме угловые скорости, ориентируясь на ближайшие два значения угловых отклонений, одновременно  держать в уме заранее заготовленную таблицу допустимых областей ухода углов и угловых скоростей, изменяющихся по ходу  полёта и сопоставлять в темпе полета реально наблюдаемые значения углов и угловых скоростей с допустимыми. И только проводя в реальном режиме полёта ракеты все эти наблюдения за угловыми отклонениями, вычисляя угловые скорости отклонений и сравнивая их с табличными (расчётными) значениями и можно было принимать (или не принимать) решение о выдаче команды на подрыв ракеты.

Прямо скажем, не очень сложная задача для современного компьютера, оказывалась крайне сложной для человека, прилипшего одним глазом к окуляру теодолита и не имеющего никаких технических средств, да и времени для проверки производимых в уме вычислений. И хотя все прекрасно представляли себе, насколько получалась опасная, с точки зрения надёжности,  система, замыкающаяся на одного единственного  человека, но иных вариантов просто не было. В общем, Рефату Аппазову во всей этой опасной по возможным последствиям операции предстояло выполнять ответственнейшую роль – роль человека-компьютера. И не дай Бог, ему ошибиться!..

начало: http://aviaberg.ru/blog/43234185216/Podvig

(окончание следует)